Ньюи об Имоле в 1994 году: «Самое яркое воспоминание — это сирены»

Гран-при Сан-Марино, 1 мая 1994 года, в Имоле стало поворотным моментом в карьере Эдриана Ньюи: Айртон Сенна погиб в аварии за рулем «Williams FW16», разработанного Ньюи, что заставило британца задуматься, хочет ли он продолжать работать в автоспорте.

«Как бы глупо это ни звучало, я никогда не задумывался о том, как бы я себя чувствовал, если бы кто-то в машине, за которую я несу общую ответственность, получил серьезные травмы — или того хуже», — признался Ньюи в подкасте High Performance.

67-летний конструктор уже построил два чемпионских болида для «Williams» в 1992 году (Williams FW14B) и 1993 году (Williams FW15C). После того, как Найджел Мэнселл и Ален Прост выиграли титул на болидах, разработанных Ньюи, Сенна присоединился к команде в 1994 году. Однако, в отличие от двух своих предшественников, новый «FW16» не был лучшим на старте года. В то время как Михаэль Шумахер выиграл первые две гонки на «Benetton B194», Сенна начал сезон с двух сходов в Бразилии и Японии.

Трагическая авария произошла во время третьей гонки в Имоле, когда Сенна, лидировавший вскоре после выезда машины безопасности, вылетел с трассы и врезался в ограждение в повороте Тамбурелло. «Самое яркое воспоминание — это эти проклятые сирены», — признается Ньюи, который также до сих пор отчетливо помнит телевизионные кадры с Сенной в машине после аварии. «Вы отчаянно надеетесь, что с ним все в порядке».

Но Сенна не выжил в аварии, потому что стойка подвески пробила его шлем. «Невероятно глупая и случайная авария», — объяснил Ньюи. «Если бы не эта косточка-вилка, он бы остался совершенно невредим». Сенна скончался от тяжелых травм головы, и Ньюи впоследствии усомнился в том, хочет ли он вообще продолжать работать в автоспорте.

Эдриан также задавался вопросом, как могла произойти эта авария. До сих пор обстоятельства, приведшие к смерти Сенны, остаются неясными. «Сломалась ли рулевая колонка? Мы полностью провалили проектирование и создали небезопасный болид, или произошло что-то другое?», — спрашивает Ньюи.

Этот вопрос рассматривался итальянскими судами и в последующие годы. Основной вопрос заключался в том, можно ли квалифицировать это как непредумышленное убийство по неосторожности. В центре внимания здесь была рулевая колонка болида, которая была модифицирована заранее. В течение уик-энда в Имоле команда «Williams» по просьбе Сенны удлинила рулевую колонку. Одна из теорий аварии заключается в том, что рулевая колонка сломалась в месте сварки в середине гонки, в результате чего Сенна потерял контроль над машиной.

Итальянская судебная система позже пришла к выводу, что это, скорее всего, и стало причиной аварии. «Никакие данные не указывают на то, что проблема была в рулевой колонке», — подчеркивает Ньюи и по сей день. «Данные, скорее, показывают, что машину занесло боком в повороте, который следовало проходить на полной скорости. На первом круге после ухода машины безопасности он ехал на полной скорости без каких-либо проблем. Почему же он не смог справиться со вторым кругом? У него действительно был критический момент на первом круге, но на втором круге давление в шинах должно было быть выше, и тогда все должно было быть в порядке. Так что я не знаю».

Лишь в 2005 году, более чем через десять лет после смерти Сенны, Ньюи был оправдан в Италии, потому что как конструктор он не может нести ответственность за последующие изменения в машине. Разбирательство против тогдашнего технического директора «Williams» Патрика Хэда было прекращено в связи с истечением срока давности.

«Давление было определенным», — говорит сегодня Ньюи о судебном процессе, «но для меня это не было решающим моментом. Решающим моментом было понимание того, какую роль я лично в этом сыграл и что именно произошло. И я не думаю, что мы когда-либо узнаем со стопроцентной уверенностью, что произошло на самом деле». Помимо теории о рулевой колонке, которую он сам считает маловероятной, мог, например, быть медленный прокол, объясняет Ньюи.

Однако, поскольку правая задняя шина была полностью разрушена после аварии, это не удалось подтвердить. Третья теория заключается в том, что причиной аварии стал сам болид. Ньюи полон решимости не уклоняться от этой ответственности.

«Я знаю, что машина была аэродинамически неустойчива, и это определенно моя вина», — признает он, добавляя: «Я испортил аэродинамику машины». Ньюи объясняет, что диффузор вызывал отрыв потока на очень малых высотах. Сыграло ли это в конечном итоге какую-либо роль в аварии Сенны, так же неясно, как и теории о повреждении рулевой колонки или шин.

Таким образом, для Ньюи, помимо большой неопределенности, остается лишь факт, что Сенна погиб в машине, которую он сам спроектировал: «Это та ответственность, с которой мне приходится жить по сей день».